galina6111 (galina6111) wrote,
galina6111
galina6111

Categories:

Приключения русов-готов (татаро-монгол) в Сибири или Очерк по "дорусской" истории Верхнего Приобья

Украдено http://svoydomsz.narod.ru/assortist3.html



И с честной поссоритесь вы стариной,
И, предкам великим на сором,
Не слушая голоса крови родной,
Вы скажете: "Станем к варягам спиной,
Лицом повернемся к обдорам!"
А.К.Толстой
на стр.2>>

ПРЕДИСЛОВИЕ
История - это такой жанр художественный литературы, где надо следовать раз и навсегда установленным правилам. Их, по сути, создали в XVII веке два монаха: итальянец Иосиф Скалигер и француз Дионисий Петавий. Они положили, что сначала была Античность, потом Средневековье, а потом Возрождение. Они же наметили, откуда и какой народ взялся. Всем понравилось. Но археологии и прочих научных инструментов еще не было, поэтому все последующие открытия в этой сфере не вполне совпадали с теорией отцов-основателей исторического жанра. Вот почему искусство профессионального историка с самого начала стало заключаться в умении интерпретировать новые данные таким образом, чтобы они вписывались в существующий канон. И чем дальше по времени от XVII века, тем больше требовалось усилий, чтобы пристроить новые исторические данные. В противном случае, добытое историческое знание признавалось нерабочим и оказывалось не у дел.
За три столетия формирования современной исторической науки накопилось много таких неликвидов. Особенно в России, которая почему-то включилась в процесс позднее и была вынуждена безбожно рихтовать собственную историю, чтобы не выпасть из мировой. Жертвенность доходила до того, что целые регионы оказывались без собственного прошлого. Вот почему особенностью национальной историографии стали "хвосты", которые иногда выглядят богаче, чем официальные тексты.
Взять, к примеру, Западную Сибирь. Кто ответит, почему Новосибирская и Кемеровская области, Алтайский край оказались самой последней территорией Сибири, вошедшей под российский скипетр? Со времен похода Ермака прошло почти полтора столетия, за это время Москва понастроила острогов до Сахалина, а находящиеся по боком земли, причем, самые благодатные за Уралом, оказались вне ее внимания. Почему движение "москов" на восток обтекало контуры этой страны?
Ответа на этот вопрос в современной историографии не существует. Так же как и не существует сколько-нибудь внятной информации, объясняющей другой удивительный факт: где-то между 1711 и 1718 годом знаменитая "Межа" между Московским государством и загадочной державой в Верхнем Приобье вдруг перестала существовать. Заповедные дали открылись перед лицом ошарашенных казаков-пограничников. Более того, историки утверждают, что русская колонизация самого последнего территориального приобретения в Сибири проходила на редкость мирно и практически без конфликтов с местным населением.
Представляете? Сначала сто лет соседства, которое несколько раз воспламенялись войнами, а потом - будьте любезны, добро пожаловать, располагайтесь как у себя дома!
Петербург на весть об "исчезновении" сопредельного государства воспринимает недоверчиво. В 1719 году Петр Первый отправляет за Урал своего личного агента Даниэля Мессершмидта, который в середине 1721 года добирается до пограничной крепости Кузнецк, откуда направляется вглубь доселе неведомой территории. До сих пор неизвестно, что обнаружил и о чем доложил своему царственному патрону этот смелый человек, но знаем, что Петр Первый немедленно подписал изумительный по своей необычности указ, которым запрещал переплавку найденных "в воде и земле" золотых и серебряных украшений. Кстати, данному рескрипту предшествовала череда не менее причудливых распоряжений Петра о готовности государства скупать древние изделия из золота и серебра (1716 г.), о запрете на частное владение древними и "куриозными" предметами (1718 г.) и т.д.
Сегодня этот свод законов изучаются как первое в мире археологическое законодательство, но тогда никто ни о какой "археологии" не знал. И слова-то такого не было. Зато происходили события, на которые отвечали царские указы - зло и тяжело. О том, насколько была раскалена обстановка, свидетельствует труп князя Матвея Гагарина, первого сибирского губернатора, который в том самом памятном 1721 году несколько месяцев болтался на виселице, которая была установлена на одной из петербургских площадей. Представитель могущественной фамилии и личный друг царя был предан позорной казни как раз за нарушение этих самых "археологических" законов...
У вас не складывается впечатление, что мы все что-то пропустили? Особенно, если учесть, что в том самом знаменательном 1721 году произошло нечто вообще из ряда вон выходящее: Московское Царство в одночасье было преобразовано в Российскую Империю. Пока в Сенате кричали "Виват!", в Европе набирала силу мода на контрабандное "скифское золото", которым, как оказалось, была нашпиговано открывшееся Верхнее Приобье. Аристократы всего мира хвалились друг перед другом коллекциями изумительных по красоте изделий из серебра и золота, которые не были похожи на предметы античности, и тем самым взрывали общественное мнение. Ведь до сих пор все свято верили, что другой "старины", кроме античности, не бывает!
Именно в это время в светских салонах Петербурга и Москвы стал оформляться тот самый "русский народный" фольклор, о котором нам сегодня, как всегда, напоминает "Наше Все" - А.С.Пушкин. В предисловии к "Руслану и Людмиле" поэт перечисляет "времен минувших небылицы", которые явно имеют сибирское происхождение. Во всяком случае, Лукоморье для современников не было загадкой, так как представляло собой широко известное географическое название, обозначавшее место впадения реки Обь в Северный Ледовитый океан. И сегодня на большинстве старинных карт XVII-XVIII веков можно прочитать слово Lucomorue там, где сейчас значится Обская губа. Во всяком случае "красавицы", к которым игриво обращался Пушкин, очевидно, в курсе, что "там (т.е. в Сибири - авт.) русский дух... там Русью пахнет", но, похоже, это во времена Пушкина уже было моветоном.
Все началось за сто лет до написания бессмертных пушкинских строк, когда вопрос "русскости" Сибири гремел по всему Петербургу. Правительство Анны Иоанновны уже не могло не реагировать на будоражившие высший свет слухи. В 1733 году в Сибирь была снаряжена беспрецедентная по дороговизне научная экспедиция. Это сейчас мы знаем, что руководитель того странного предприятия Г.Ф.Миллер является автором "Истории Сибири", и поэтому нам кажется, что камергер Бирон направил его за Урал с целью подготовки сего труда. На самом деле, мы упускаем из виду, что на тот момент в самой Российской Империи не существовало ни одной из ныне известных историй государства. Более того - исторической науки не существовало. В том то и дело, что Миллеру было поручено создать отечественную историографию, для чего и снарядили экспедицию в Сибирь. Просто в первой половине XVIII века в Петербурге свято верили, что истоки московской государственности надо искать не на Украине или в Прибалтике, а за Уралом.
О миллеровской экспедиции, на самом деле, мало что известно. Забегая вперед скажу, что ее результаты (так же как и результаты предшествовавшей сибирской экспедиции Мессершмидта), даже не были переведены на русский язык. Но начиналось все очень торжественно. Перед отъездом в Сибирь Миллер и его коллеги были удостоены высочайшей аудиенции. Но потом, если следовать фактам, все пошло по другим рельсам. Прибыв в Сибирь, Миллер через два года завершает намеченную программу исследований. Во всяком случае, в 1737 году академик просится домой, но в ответ получает предписание оставаться на месте. После этого Миллер регулярно обращается в Петербург, на что всякий раз получает один и тот же ответ. Прошло 10 лет. Из сибирского плена очумевшего немца вызволила лишь императрица Елизавета, воцарение которой закрыло страницу истории России, которая известна нам как "бироновщина".
Мы не знаем причин, которые превратили громкую научную командировку в длительную ссылку. Мы так же не знаем, почему на кафедре РАН постаревшему Миллеру нечего было сказать своим коллегам. Нет, он не отрицал, что видел в Сибири свежие следы цивилизации, но он категорически не хотел об этом говорить - сибирские комары, похоже, крепко научили уму-разуму. Вот каким образом академик и первый российский историк формулирует свои впечатления о Западной Сибири: "Сколько не видано следов на разных местах по степям городков? Какое множество в память поставленных каменных маяков, болванов, старинных могил и других принадлежащих к тому вещей на всех местах не находится? Каких дорогих вещей, золотых и серебряных, из могил не выкопано? Откуда можно было им произойти. Как только от прежних татар; понеже известно, что все сокровища из Китая, Персии, России, Польши, Богемии, Венгрии им достались?"
Возможно, для кого-то это будет открытием, но приведенная выше околесица и есть то самое научное основание, тот самый идейный фундамент, на котором до сих пор зиждутся наши представления о дорусской истории Западной Сибири. Ведь упоминаемые Миллером "городки" - это не каменные руины, а остовы деревянных городов. Таким образом, "прежние татары" по Миллеру жили в середине XVII века (срок жизни бревенчатого строения сотавляет 100 лет). Не лишним будет так же отметить, что процитированные строки академик писал, глядя на бесчисленные каменные лики с закрученными кверху усами. Общеизвестно, что этими "болванами" еще в XVIII веке была утыкана вся Южная Сибирь, и проблема состояла в том, что они были надгробными статуями, изображавшими внешность погребенных. А коли "покойнички" сплошь и рядом имели длинный нос и "чапаевские" усы, то данная информация, с точки зрения исторической науки, не могла быть использованной, так как не укладывается в уже расписанную во всех подробностях историю мира.
Не здесь ли ответ на вопрос о причинах тайны, покрывшей все, что связано с увиденным и найденным на верхнеобских территориях? Ведь Миллер был немец, который находился на службе у других немцев - находившейся на престоле Анны Иоанновны Курляндской, ее фаворита Эрнста Иогана Бирона, президента академии Иоанна Даниила Шумахера и т.д. и т.п. Все эти люди находились в открытой оппозиции к нравам и обычаям страны, в которой они составляли правящий класс.
Это был своего рода закрытый культурный клуб, внутри которого господствовали европейские (антирусские) мировоззренческие установки, в том числе в вопросах мировой истории. Как мы знаем, в наследии Скалигера и Петавия не было места государству европеоидов в Западной Сибири, и у "российских" немцев не было повода пересматривать этот едва ли не ключевой момент европейского самосознания. Во всяком случае, приведенный образец "научной" мысли Миллера не оставляет места для сомнений в том, что факты сибирской истории, которые противоречили общеевропейской исторической доктрине, могли им игнорироваться. Особенно, если не забывать, что "норманнская теория", та самая, где впервые был выдвинут тезис об исторической неспособности русских созидать собственную государственность, была сформулирована не кем-нибудь, а именно "сибиряком" Герхардом Фридрихом Миллером! Получается, 10 лет работал в Сибири, чтобы привезти в Петербург целый караван повозок с доказательствами ее "неисторичности", а на Украину даже ездить не надо было - достаточно было ознакомиться с откуда-то взявшимися древними документами, чтобы создать известную новгородскую концепцию древнерусской истории.
Что же немецкому "клубу" не понравилось на Востоке и что приглянулось на Западе? Есть знаменитое библейское выражение: "по плодам их узнаете их". Если судить по тому, что история прихода Рюрика к власти в Новгороде описана как акт, прямо-таки смакующий унижение русского национального самосознания (между прочим, случай, не имеющий мировых аналогов), то в Сибири, надо полагать, были обнаружены материалы, свидетельствовавшие о чем-то прямо противоположном.
Впрочем, обо всем по порядку.
СЛАВЯНСКИЙ ВОПРОС
Как бы это странно не прозвучало, но историю Сибири надо начинать с истории Новгорода.
Современные археологические раскопки подтвердили летописные сведения о том, что Новгород был основан ободритами - могучим славянским народом, населявшим в древние времена территорию современной Померании и Мекленбурга (1).
Начальная Летопись, написанная, как известно, в Киеве, сообщает: "ти суть людье ноугородьци от рода варяжьска (2), преже бо беша словени". В переводе на современный русский: "население новгородское происходит от вагров, которых раньше звали словенами".
Но вагры (варяги киевских летописей) - это хорошо известный народ в ободритском королевстве, которого нигде и никогда к славянам не относили. Наоборот, немецкая историография относит вагров к семье фризов и франков, от которых пошли современные датчане и французы. Правда и эта точка зрения не безупречна. Ее сторонники закрывают глаза на тот факт, что в Средневековой Европе вообще никогда не существовало племени или народа, который бы носил этноним "славяне". (3) Не многие знают, что это слово пришло к нам из "Грамматики" Милентия Смотрицкого, напечатанной в 1592 году. А туда оно попало из папских хроник, где фигурировало как Sсlavonia или Sсlavia - так Святой Престол называл Северную Европу, на территории которой хозяйничали языческие народы, позднее образовавшие Германию.
Но слово всегда сильнее меча - занятые междоусобицей Ободриты и Лютвины-Вильцы не заметили, как все вместе проиграли Ватикану информационную войну. Во всяком случае, уже в XI веке вся христианская Европа была вдохновлена идеей вернуть в исходное положение богатую "Страну Рабов". Это был прочный идеологический фундамент, на котором возводилось здание "Священной Римской империи германской нации" (5). Ведь не случайно, в "германцы" шли разноплеменные молодые люди, объединенные простой и понятной идеей: стать новыми хозяевами "sclavi"...
Один из таких "германцев" по имени Гельмольд (между прочим, урожденный вагр), вошел в историю тем, что написал книгу, где были подведены итоги крестового похода против балтийских язычников. Дело было в 1156 году. Книга называлась "Chronica Slavorum" ("Славянские хроники") и это название свидетельствует, что книжное слово "Sclavinia" к этому времени упростилось до "Slavia". Во всяком случае, Гельмольд применил именно разговорный вариант, без звука "К". Получается, в первой половине XII века книжный латинизм превратился в топоним?
Благодаря активному распространению латинской письменности, слово "Slavia" стало самым ходовым обозначение покоренной прибалтийской цивилизации, перекочевав из папских булл в арабские манускрипты. В самой Европе оно было в ходу до XV века, дав много однокоренных слов, в том числе и понятие "славянин", т.е. "живущий в Славии" или "относящийся к Славонии".
Таким образом, у нас есть все основания предположить, что "славяне" из "Грамматики" М.Смотрицкого и "словъни" из Лаврентьевской летописи - это не одно и то же. Более того, эти слова не могут быть даже связаны друг с другом, так как в 859 году, когда ободриты обживали берега озера Ильмень, ни о какой "Sclavinia" никто и слыхом не слыхивал. До крестового похода, уничтожившего, в том числе и ободритов, оставалось еще три столетия! Таким образом, автор строк в Лаврентьевской летописи о том, что варягов-веринов-вагров "преже бо беша словени", не мог иметь в виду события XII века.
Откуда же тогда взялись эти "словъни"?
Ответ дает уже упомянутый схоласт и каноник Адам Бременский. В своей книге «Gesta Hammaburgensis Ecclesiae Pontificum» (1075-1076) он первым в мире называет Северное море по-новому: "Mare Balticum" ("Балтийское море"), приводя в другом своем произведении такое обоснование: "Жители побережья называли этот залив Балтийским, потому что он простирался... через скифские области до самой Греции. А море, которое было вокруг, эти племена назвали Варварским морем или Скифским". (6) Как можно видеть, Адам Бременский четко указывает на связь названия моря с племенами, живущими на его побережье. Основа "bait", о которой толкует христианский писатель, - это латинское написание слова, означавшего общее самоназвание тех "скифов", которые тогда жили по берегам современного Финского залива. Нам не остается ничего иного, как предположить, что "bait" - это латинская транскрипция "скифского" слова "баят", которое происходит от глагола "баять" (говорить, рассказывать) и в переводе со "скифского" как раз и означает "словенец", "словен", т.е. "произносящий (наши) слова, умеющий говорить (по-нашему)". Доказательство тому до сих пор хранит литовский язык - один из двух сохранившихся прибалтийских языков с еще первобытной, "скифской" основой (7). По-литовски "заговорить" и сегодня будет "bilti". А что до странной формы "словене" (у балтийских кашубов или адриатических венетов использовалась иная форма - "словенцы, словиньцы"), то вероятно, все дело в языке антов-полян, которые написали Лаврентьевскую летопись. Они были выходцами из континентального Дуная и должны были отличаться по диалекту от прибрежных народов. Поэтому ничего удивительного в том, что вагры-варяги, представившись полянам "баятами", в ответ услышали: "ага - словене, значит?"
Тогдашний летописец в Киеве вообще не стал утруждать себя написанием чужого слова, сообщив потомкам только его смысл. И хотя это не больше чем предположение, но оно может выглядеть убедительнее, если знать, что balticum Адама Бременского и литовское bilti в своей компании имеют еще одного свидетеля. На него указывает историк Иордан, живший много раньше и Бременского, и Гельмольда - в VI веке. Ссылаясь на еще более ранние источники, Иордан сообщает, что вожди везеготов, в том числе знаменитый Аларих, который первый взял Рим, были из знатного готского рода Балтов. Этот факт заставляет по-иному посмотреть на историю заселения Ободритами мест своего традиционного обитания - Северной Германии. Ведь нам известно, что они пришли в район нынешнего Ольденбурга и Мекленбурга сразу после завершения победоносного похода Алариха. Надо полагать, пришли не одни, а вместе с другими боевыми племенами, так же воевавшими под знаменами Балтов. Так что совсем не удивительно, что дальние потомки этих воинов продолжали называть себя этим именем, возможно даже не догадываясь о его происхождении.
КУДА ВЕДЕТ СЛЕД БАЛТОВ?
Таким образом, исторические Балты - это не миф, а след одного из боевых кланов готов. И этот след нас ведет не куда-нибудь, а в глубь Скифии, в царстве Магога, на остров, окруженный арктическими водами того самого океана, где древние мореходы находили остров вечного счастья Туле (Ultima Tule). Во всяком случае, так описывали прародину готов древние писатели, самый известный из которых, уже упомянутый Иордан, добавил смачное определение: "vagina nationum". А это значит, что речь должна идти об огромной островной цивилизации, условия которой позволяли бы развиваться множеству племен.
Конечно, ни Скандинавия, ни тем более остров Готланд, никогда не имели перечисленных признаков. Но кого-то надо было "назначить" на роль прародины готов, и это было сделано, потому что других претендентов нет.
На самом деле - нет. Все великие острова, с которыми традиция связывает "золотой век человечества", включая Атлантиду, Туле, Арктиду, Гиперборею, Алатырь и т.д. куда-то подевались. Исчезли! Хотя были много раз описаны и зафиксированы на бумаге и папирусе. Что характерно, составители древних карт и атласов неизменно помещали эти пропавшие острова и архипелаги в арктические воды, которые приоткрыли свою тайну только в связи с последней "пропажей".
Речь идет обо всем известной Земле Санникова, которая, на самом деле, была в установленном порядке открыта севернее Новосибирских островов (78 градус северной широты и 130 градус восточной долготы) и отмечена на официальной государственной карте "Азиатская Россия" (редакция 1894 года), а потом перестала существовать, как будто испарилась. Уже в 70-х годах прошлого века советские ученые нашли на этом самом месте гигантскую отмель. Оказалось, это все, что осталось от когда-то открытой зверобоем Яковом Санниковым земли.
Земля Санникова ушла под воду! В связи со столь обескураживающим открытием, сам собой напрашивается вопрос: а может не только этот, но и прочие, вполне исторические острова, опустились на дно Карского моря? Может быть, мы имеем дело с растянувшимся на столетия тектоническим процессом? Тем более что только такого масштаба катаклизмы могут объяснить радикальное изменение донного ландшафта Карского моря, которое повлекло за собой перемещение древнего русла течения Гольфстрим в сторону, где сейчас оно и находится. Ведь данные археологических исследований на Ямале и Кольском полуострове не оставляют места для сомнений в том, что когда-то здесь царил райский климат, а значит, теплый Гольфстрим был просто обязан протекать где-то неподалеку от устья Оби!
ОБДОРЫ
В этом месте нам стоило бы отвлечься, чтобы окинуть взором всю картину современных научных знаний о древнем Приобье. Последние открытия археологов и генетиков позволил ученым прийти к сенсационному выводу: Западную Сибирь населяли белокожие европеоиды! Во всяком случае, внешность всех мумий, которые новосибирские археологи в начале нового века находили на Алтае, не вызывала сомнения в их расовой принадлежности. Но еще большим откровением стали результаты генетических исследований останков людей, которые проживали на территории Новосибирской области в эпоху бронзы и железа (эти исследования проводил в 2008 году Страсбургский институт судебной медицины) - все они признаны костями европеоидов!
В незапамятные времена белокурые и голубоглазые аборигены Приобья двинулись в теплые края. Остается только догадываться, кого они потеснили в будущей Европе (есть данные, что негроидов, правда), но "нашествие готов", как и "нашествие гуннов", были всего лишь волнами в гигантском людском потоке, который к эпохе раннего Средневековья вынес за Урал основную массу титульного населения Западной Сибири.
Покидали свою родину будущие европейцы, конечно, не от хорошей жизни. Характеристика, какую Иордан дает климату той же Скандзы в канун исхода готов ("из-за страшного холода там не найти нигде медоносного пчелиного роя"), не оставляет места для сомнений: в таких местах "вагины народов" не образуются. Во всяком случае, нам не известен хотя бы один факт, чтобы хотя бы какая-то "колыбель человечества" находилась на студеном Сахалине или прокаленном холодами Таймыре. Наоборот, свое детство человеческая цивилизация предпочитала проводить в таких местах как Африка, Малая Азия, Адриатика... Таким образом, описанная Иорданом климатическая ситуация на Скандзе может иметь только одно объяснение - это был результат климатического катаклизма. Причем, настолько продолжительного и мощного, что люди стали думать о поисках новой родины. Надо полагать, непрерывное (по мере смещения Гольфстрима?) понижение среднегодовой температуры охватило огромные территории прежде благодатного края, что и предопределило великий исход.
Память о сибирской прародине у европейцев обнаруживала себя, подчас, парадоксально. Представьте себе 1526 год. В Московии великий князь Василий III шокирует всех тем, что сбривает бороду, чтобы завоевать любовь своей будущей супруги - прекрасной лютчанки Галины Глинской, а Пруссия только что перестала быть церковно-папским государством, преобразовавшись в нормальное герцогство. Возможно, по этой причине в соседнем Мекленбурге публикуют генеалогию местных шверинских и гюстровских герцогов, согласно которой они происходят от древних ободритских королей, которые является выходцами из... Приобья! Так и написано, что мол, род ободритов берет свое начало из Сарматии (Sarmatien), Пруссии (Preussen), Руси (Reussen) и... Самоедии (Samojeden), "где по сей день есть река Обь". Самоедия - это современный Ямало-Ненецкий округ со столицей Салехард (до 1933 года - Обдорск).
Надо полагать, что мекленбургцы, записавшие изустное предание, сами не очень вникали в его смысл. Ведь в Европе начала XVI века (а если конкретно, то за 55 лет до начала сибирского похода Ермака) вряд ли могли знать о существовании реки под названием Обь. И тем не менее, мекленбургская генеалогическая традиция выглядит достоверно: оказывается, поселившиеся на Балтике ободриты "из Самоедии" поначалу называли себя несколько иначе: "обдориты" (8), а это меняет дело. Ведь обдориты, обдоры - это жители сказочной страны Обдора, о которой рассказывали со времен Владимира Красное Солнышко. Обдора находилась при впадении Оби в Карское море и просуществовала как княжество до 1607 года.
Память о сибирской прародине в Мекленбурге и Померании нам интересна, потому что там жили не только ободриты, но и руги с ранами, которых Иордан упоминал в числе племен - исконных обитателей легендарной Скандзы. Эти руги и ране базировались на острове Рюген (в те времена Русен, Розен) который и сейчас иногда виден с берега... Теперь вопрос: было ли соседство готов и обдоров на Балтике случайностью? Ведь оба народа пришли сюда примерно в одно время. Они вполне могли быть и в прежней жизни соседями, откуда и привезли привычный для них уклад.
Нам точно известно, что руги и раны на свой прародине были островитянами, а ободриты - жителями побережья. Место, где жили древние ободриты, установлено. На всех древних картах Обдора значится по левому берегу устья Оби. Но место прежнего обитания ругов и ран, то есть островных соседей ободритов, по-прежнему не известно. Получается уравнение с одним неизвестным. Если мы знаем, что Рюген находится в море напротив от земли ободритов, то историческую Скандзу тоже стоит искать неподалеку от материковой Обдоры - в морской акватории.
Но это же Ямал!
Этот полуостров сегодня разделяет Карское море от Обской губы и относится к числу наиболее древних мест заселения человеком. Здесь археологи вынуждены преодолевать неимоверные трудности, чтобы хоть чуть-чуть углубиться в каменную от холода землю. Наверное, поэтому на Ямале историческими изысканиями никто ни когда не занимался - первые археологические исследования на Ямале начались лишь в советские времена. Тем удивительнее результат - обнаружены чуть ли не тысячи наконечников стрел, которые находились в земле под углом 45 градусов, а так же предметы, никак не вяжущиеся с представлениями о быте древних морских звероловов или оленеводов. Их советские историки называли "неожиданными для полярного круга" (В.И. Равдоникас, 1935 г.). Самые последние из таких открытий относятся к 2001 году, когда на Ямале было найдено мумифицированное захоронение воина VI-VII веков. Мужчина в доспехах с боевым железным топором и бронзовой пряжкой, изображающей голову медведя. Европеоид. Как, впрочем, и все мумии в захоронениях той эпохи, которых, оказывается, полно на ямальской земле.
Спрашивается, что делал этот, переодетый в гота, мужчина в арктической тундре?
Да еще с фантастически дорогим по тем временам оружием? (В 1066 году в битве при Гастинге, саксы, выступавшие против Вильгельма Завоевателя, дрались каменными топорами). На это вопрос нам ответит название полуострова.
Ненецкое слово "ямал" переводится как "край земли", поэтому заставляет скептически относиться к официальной версии его происхождения, которая утверждает что это исконное слово. Разве есть на Земле народ, который мог называть свою Родину "краем земли"? Откуда ему могло быть известно, что это "край", а например, не "начало" земли? Скорее всего это название уральские самоеды (от самодин, самодиец - предки современных ненцев) услышали, когда сами впервые пришли сюда. Они узнали, что последний материковый уступ в водах студеного океана местные жители называют словом Ямал. И в этом значении (в значении "края земли") оно вошло в ненецкий язык. (9) А истинное, первоначальное значение слова Ямал нам дает все тот же энциклопедист Иордан, который буднично сообщает, что Амал - это имя царской династии готов, которая единовластно правила в легендарной Скандзе до начала великого исхода. Так что нет ничего удивительного в том, что мы находим готского воина на земле Ямалов. Другое дело, что рассматриваемая ситуация, действительно, является "неожиданной для полярного круга", но это уже вопрос человеческой психики, а не фактов.
Мы, конечно, не знаем, был ли Ямал островом до катастрофического катаклизма, или это название лишь случайно зацепилось за край материка, оставив своего настоящего владельца где-то в глубинах Северного Ледовитого океана. Но мы знаем, что вероятность случайного совпадения здесь примерно такая же, как вероятность того, что мужчина, обнаруженный в шкафу вашей жены, действительно, ожидает автобус.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments